Четверг, 25.05.2017, 09:55
Меню сайта
Категории раздела
Лесное море
И.Неверли Издательство иностранной литературы 1963
Сарате
Эдуардо Бланко «Художественная литература» Ленинградское отделение - 1977
Иван Вазов (Избранное)
Государственное Издательство Детской Литературы Министерства Просвещения РСФСР 1952г.
Судьба армянская
Сурен Айвазян Издательство "Советский писатель" 1981 г.
Михаил Киреев (Избранное)
Книжное издательство «Эльбрус» 1977
Реклама
Форма входа
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Все книги онлайн

Главная » Книги » Зарубежная литература » Судьба армянская

Стр. 38
2

 В то время как и без того больной мозг хана затуманился гашишем, мелик Исраел молча смотрел из окна крепости Болораберд в облачное небо, в котором ничто не говорило о тревогах и мучениях недавних дней. Смотрел в небо, потому что внизу от некогда сильной и могучей страны остался небольшой осколок, зажатый в голых скалах.

 Мелик смотрел в небо, чтобы, хоть на миг отрешившись от горестной малости своей страны, подумать о покое и безграничности.

 В свои владения он вернулся на день раньше, чем кзлбаш успел доставить хану голову гонца. Вернулся с удачей, какой и не ждал. И тотчас поделился с сыном всеми подробностями визита к шаху. А Яври рассказал отцу обо всем, что произошло в Сирапе, Бичанаге и других селах. Рассказал о знахаре Аствапатуре, о том, как повесили его и Воски из Норагюха. События безусловно горестные. Но было и нечто такое, что порадовало мелика: сын получил в Бичанагской битве первое боевое крещение и одержал моральную победу над ханом Шарифом.

 Однако едва мелик расстался с Яври, маленькая радость тотчас развеялась. За временными удачами ему уже отчетливо виделись новые коварные замыслы хана Шарифа. А надо, во что бы ни стало надо добиться спокойствия и мира. Бремя назревающего рождения новой судьбы армянской с помощью добрых повитух - единоверных стран Европы - как никогда требует хоть относительного мира внутри страны. Но как?.. Как добиться этого мира?.. К тому же мелику Исраелу ясен смысл того, что хотел сказать шах своим подарком - миниатюрным Кораном в золотом окладе - и тем, что обезглавил ханского гонца..

 Заботило мелика и то, что уже близок час, когда ему придется отправиться в дальние страны и вся ответственность здесь ляжет на сына. В такой-то тяжелой обстановке!..

 И вдруг среди дум - одна горше другой - блеснуло, как молния в ночи, озарение: «Надо рассказать сыну о тайном собрании в Эчмиадзине, о цели, которую я преследовал, завоевывая доверие шаха, и о предстоящей миссии в дальние страны». И как только мелик Исраел принял это решение, сын уже не казался ему не готовым к предназначению и вдруг даже вырос в глазах отца в достаточно зрелого человека.

 Мелика давно уже радовал острый ум сына, его смелость и решительность. Именно благодаря этим его качествам отец довольно часто прибегал к советам Яври, но в душе никак не мог привыкнуть к тому, что он уже не ребенок. Даже действия в Бичанагской битве не сразу убедили мелика Исраела в том, что Яври стал настоящим воином. Но вот теперь, кажется, наконец...

 Мелик велел слуге позвать сына.

- В такой час, отец?.. Что-нибудь случилось?- спросил, входя, Яври.

- Просто хочу с тобой поговорить.

 Ответ не успокоил Яври. Они ведь только недавно расстались, и беседа у них была долгой...

 Оба смотрели друг другу в глаза, но похоже, что мелик ничего перед собой не видел. Он еще был целиком во власти своих размышлений. Но вот, как бы выйдя из оцепенения, мелик загадочно улыбнулся и проговорил:

- Я, видимо, скоро должен буду уехать из нашей страны...

 И он во всех подробностях поведал сыну тайну Эчмиадзинского собрания, рассказал и об истинной цели своего визита к шаху, о том, что это тоже связано с собранием в Эчмиадзине, и, опоздай он с прибытием к шаху, хан опередил бы его со своей жалобой и тем сорвал бы их ставку, больше того, заведомо сорвал бы и успех решающей для судеб народа миссии. И может, уж навсегда...

- Отец!..

 Привычное слово это сейчас прозвучало в устах Яври так, что мелик вздрогнул. Он накрыл ладонью руку сына и не мог от волнения заговорить.

- ...Значит, отвернувшееся от нас небо посылает наконец луч надежды нашей стране?..

 Мелик сжал руку сына так, будто слова эти кольнули его в сердце.

- Значит, есть надежда, что мы наконец спасемся, поднимемся из праха и, возрожденные, будем жить в нашей праведной вере?..

- Да, Яври, надежда есть!..

 Мелик ласково глянул в глаза сыну. В них было беспокойство.

- Не верится, отец!

 Мелик Исраел погладил ему руку.

- Ах, отец... Ну какое такое чудо может нас вдруг спасти?..

- Мы сами обретем себе спасение. А если суждено будет умереть, умрем как положено.

 Сын горько улыбнулся:

- Гибель целого народа, какой бы самоотверженной она ни была, не обернется геройством. Ведь кому-то надо выжить, чтобы восславить погибших. И потом, героична гибель во имя жизни, а не сама по себе смерть. Такая гибель, о которой говоришь ты, отец, в лучшем случае оставит по себе всего несколько строк в мировой истории был, мол, такой народ, назывался армянским... И все.

- Яври!..- на миг отдавшись во власть отцовских чувств, мелик обнял сына, но затем уже другим, решительным тоном воина сказал: - Ты прав. Мы будем жить вечно. И в мировой истории, и во времени, будем жить, множа нашу славную историю! Увидишь, так и будет!..

- Но ты не объясняешь, отец, на чем основаны твои надежды, твоя уверенность...

- На силе судьбы и справедливости, сын мой. Христианские государства многочисленны и могущественны. Неужто же бог, которому вместе с ними молимся и мы, не подскажет им в роковой для нас час, что гибнет верующий в него мирный народ-созидатель и ему надо помочь? Велением бога мы отправляемся во главе с нашим католикосом напомнить о себе этим государствам и просить у них помощи.

 Яври молча вздохнул и задумался.

- Надеюсь, ты управишься здесь с хозяйственными заботами и главное, сумеешь не поддаться провокации Шарифа,- сказал отец.- Помни постоянно о нашей миссии. Знай, что, в таких обстоятельствах надо быть терпимым ко всяческим проискам хана.

 Яври был так поглощен своими думами, что отец спросил:

- Ты меня слышишь?..

 Юноша поднял голову, посмотрел отцу в глаза, взял его за руку:

- А что, отец, если мне вместо тебя поехать с этой миссией?...

 В душе у мелика словно солнце зажглось. И верно ведь, это же лучший способ уберечь сына, удалить от опасности!..

 Но Яври объяснил свое желание иначе.

- Это не потому, отец, что я боюсь не управиться с хозяйством и с ханом Шарифом. Верь мне... Просто тебе будет не по силам скитальчество и все унижения, которых так или иначе не избежать в подобной миссии. Я молод. Вынесу и то и другое. Меня ничто не согнет и не остановит. На родину я не вернусь, пока не добьюсь справедливости и внимания всего мира к судьбам армян!..

- Я согласен, сын мой. В таком деле нужен недюжинный и острый ум. Тебе его не занимать. Остается уговорить святейшего. Думаю, удастся.

 Эта ночь была для мелика одной из самых миротворных ночей.



Категория: Судьба армянская | Добавил: Talabas07 (26.05.2015)
Просмотров: 164 | Рейтинг: 0.0/0