Понедельник, 20.11.2017, 10:43
Меню сайта
Категории раздела
Лесное море
И.Неверли Издательство иностранной литературы 1963
Сарате
Эдуардо Бланко «Художественная литература» Ленинградское отделение - 1977
Иван Вазов (Избранное)
Государственное Издательство Детской Литературы Министерства Просвещения РСФСР 1952г.
Судьба армянская
Сурен Айвазян Издательство "Советский писатель" 1981 г.
Михаил Киреев (Избранное)
Книжное издательство «Эльбрус» 1977
Реклама
Форма входа
Статистика

Онлайн всего: 6
Гостей: 6
Пользователей: 0

Все книги онлайн

Главная » Книги » Зарубежная литература » Судьба армянская

Стр. 42
3

 Рипсиме и Яври еще в церковном дворе договорились о встрече. И вот они в роще чинар.

 Снег и солнце. Все ущелье Воротана сверкает белизной. Морозные искры так слепят обоим глаза, что смотреть друг на друга трудно.

 Яври не случайно выбрал для встречи именно это место. Здесь они некогда впервые увиделись с Рипсиме, и с того дня в ушах у него всегда звучит шелест чинар, журчание родника в мшистых камнях, струйкой вливающегося в медный кувшин, на котором-раскалывалось солнце, и лучики играли на чудном лице Рипсиме, в ее глазах, полных печали...

 Именно отсюда увезет Яври в чужедальние страны образ любимой, чтобы жил он в нем вместе с природой, что свела их.

 Сейчас зима, и чинары сбросили свой зеленый убор. Влюбленные сидят на камнях, с которых под лучами солнца стаял снег. Рипсиме смотрит на Яври, и в ее глазах нет прежней печали. В них смелость любящей души и вера в счастье...

 Оба молчат. Никто не решается заговорить первым. Рипсиме наслаждается в безмолвии. Она терпеливо ждет. А Яври страдает. Он подыскивает слова, чтобы не повергнуть в отчаяние любимую, ждущую от него ласки,- слова, которыми можно смягчить горечь предстоящей разлуки.

 И он заговорил, спросив как бы между прочим:

- Ты очень меня любишь, Рипсиме?

- Нужно ли об этом спрашивать? - не без упрека в голосе сказала девушка.

- Я спрашиваю потому, что любовь ко мне может принести тебе много страданий, ты будешь вынуждена делить мою участь, а она не обещает быть легкой...

- С тобой я готова вынести и муки, подобные христовым.

- Христос был сыном бога, мы всего лишь простые смертные. Мои муки могут оказаться не меньшими, если соразмерить их с тем, что они выпадут на долю обыкновенного земного человека.

 Рипсиме с испугом посмотрела на Яври. Что он говорит? Какие страдания и за что они должны выпасть на долю юного сына мелика?..

 Долго смотрела Рипсиме на любимого, пытаясь сердцем, без слов, проникнуть к нему в душу, понять, что тревожит его. Но как понять?..

- Твои горести - они также и мои...- сказала Рипсиме.

- Тогда выслушай меня и сохрани в тайне все, что я поведаю. В ближайшие дни в чужедальние страны отправляется наша делегация, искать защиты для армянского народа. Я в составе этой делегации. Сколько времени я буду отсутствовать, это зависит от того, как и когда решится вопрос, ради которого мы туда едем...

 У Рипсиме, ожидавшей услышать что-то очень страшное, отлегло от сердца. Уедет?.. Но ведь не больше же чем на год?..

 И она уже совсем спокойным голосом сказала:

- Кроме того, что я буду молиться за тебя днем и ночью, чем мне еще помочь тебе?..- Сказала и с мольбой взглянула на церковь, от которой только купол виднелся. Высившийся на горе, он казался накренившимся.

 Глаза девушки наполнились слезами.

- Ничьи молитвы не помогут мне так, как твои. Ведь в них будет твоя готовность ждать меня. И потому даже в самых трудных обстоятельствах я буду чувствовать себя сильным...

- Я буду ждать!..- одними губами выдохнула Рипсиме.- Если ты вдруг даже и забудешь меня, я все равно буду ждать! А не приведи бог, надежда рухнет, уйду в монастырь. Вот мое решение, и ничего другого от меня не требуй.

- Нет, Рипсиме, я не хочу, чтобы было так.- Яври пересел к ней на камень.- Жди меня самое большее год. Ну, может, еще чуть-чуть... Если не вернусь, значит, меня уже нет в живых. И тогда ты забудь меня... Постарайся забыть. Жизнь свою не губи, создай семью...

- Яври!.. - воскликнула Рипсиме. Впервые с ее уст сорвалось имя любимого, отчего она очень смутилась и стыдливо склонилась к его руке.

 Никогда раньше его имя не казалось Яври таким благозвучным. Не умея сдержать обуявших его чувств, Яври обнял Рипсиме, зажмурившись от счастья, накрутил на руку ее косу и сжал в кулаке...

- Поклянись, что исполнишь то, о чем попрошу!.. - прошептал он.

- Нет! Не проси, не поклянусь! - тоже шепотом ответила она.

- Из всех живущих на земле народов армяне, пожалуй, единственная нация, которая чем дольше она существует, тем малочисленнее становится...

- Но это, наверное, и единственная в своем роде нация, которая, уменьшаясь, духом становится все сильнее?!- вставила Рипсиме, не дав Яври договорить.

 Ему понравилось то, что сказала Рипсиме, но он все же возразил ей:

- В чужом большинстве сильному меньшинству не мудрено задохнуться. Нам надо делать все возможное, чтобы нас было больше и больше, чтоб мы не взирали снизу вверх и на нас не взирали бы сверху вниз. А потому нельзя допускать, чтобы армянские девушки уходили в монастыри. Каждая должна стать матерью... Непременно, каждая...- повторил Яври, вставая и помогая Рипсиме тоже подняться.

- Яври!..- чуть не плача, девушка приникла к его груди и стала пальчиками перебирать серебряные колечки у него на поясе.

- Ну, прощай!.. - звонко проговорил Яври.

 Стараясь подбодрить Рипсиме, чтобы расставание не разбило ей сердце, он снова обнял ее за плечи, чуть откинул назад, весело засмеялся, глядя на нее глазами, полными счастья и надежды, и затем, сняв свой перстень, надел его ей на палец.

- Пусть этому необычному обручению будут свидетелями наши священные горы, этот родник, эти чинары, под сенью которых мы отдали друг другу свои сердца. И да благословит нас наш неумолчный Воротан своею вечно армянской песнею!..

 Яври с нежностью сжимал в ладони лилейно-белую руку Рипсиме с кольцом на безымянном пальчике.

- А я? Что же мне-то тебе подарить?..- Сокрушаясь о том, что ей нечего отдать на память любимому, Рипсиме загрустила.

- А ты подари мне поцелуй. Пусть хоть один-единственный. Я увезу память о нем с собой в чужие края и буду жить этим до самого возвращения!

 И, не ожидая ответа, Яври обхватил тоненькую фигурку девушки в кольцо своих сильных рук и приник губами к ее губам.

 Вскочив на коня, Яври снова склонился к Рипсиме, поцеловал руку с перстнем и напомнил ей свое условие:

- Всего год или чуть-чуть побольше!

 С этими словами он припустил коня, сначала рысью, а потом и вскачь.

 Рипсиме долго стояла в оцепенении, пока в ущелье не истаял цокот копыт удаляющейся лошади. Только после этого девушка, как бы очнувшись ото сна, огляделась вокруг и пошла по следу коня Яври до развилки, откуда отделяется тропинка, ведущая к священной скале, к месту, где люди издавна поклоняются памяти легендарного полководца Вардана, куда приходят молиться о своих печалях и радостях.

 Рипсиме нагнулась к следу коня, набрала из него в ладошку снега, подождала, пока растает, потерла лоб, потом положила мокрую руку на грудь и, пройдя под сенью ив, вошла в вырубленную в скале часовенку. Там было темно. Но вот глаза привыкли, и Рипсиме приметила белый лучик, пробивающийся сквозь отверстие, похожее на окно-амбразуру. Он падал на стену и чуть рассеивал тьму. В глубине горела одна-единственная свеча. Выходит, здесь кто-то был совсем незадолго до Рипсиме?! От свечи кругами расходились желтые блики. Колеблющиеся, они вместе с пламенем в серединке казались фантастической картиной.

 Приглядевшись, Рипсиме увидела, что свеча и впрямь стоит у картины. Изображен на ней полководец Вардан. В одной руке у него знамя, другую он протянул к мечу, который подаст ему на расшитой подушке юноша, а рядом высится благословляющий его на ратный подвиг протоиерей Егише. Он осеняет крестом знамя армян.

 Рипсиме опустилась на колени перед едва трепещущей свечкой, поцеловала каменный пол часовни и, сложив на груди руки, с мольбой обратилась к лику святого полководца:

- О великий Вардан, будь в помощь каждому армянину и каждому человеку на добром пути! О пресвятой! Яври тоже пошел дорогой Вардана. Но да минует его печальный конец Вардана и рода Вардананков. Ниспошли ему силы, чтобы победил с миром, чтоб вернулся живым, невредимым и принес спасение многострадальному народу нашему. Да будь благословен, господь всемогущий! Слава тебе во веки веков! Аминь!!

 Рипсиме молилась коленопреклоненно, дав волю горючим слезам, переполнявшим ее с минуты встречи и до самого расставания с Яври.

 Она молилась, а часовенка тихо отзывалась на горестный перезвон дальних церквей.



Категория: Судьба армянская | Добавил: Talabas07 (26.05.2015)
Просмотров: 194 | Рейтинг: 0.0/0